В приёмной перед кабинетом генерального директора я оказался впервые в жизни. Да и с чего бы обычному мастеру ремонтной зоны одного из дилерских центров, находящегося у чёрта на куличках — в дальнем спальном районе, тут бывать? Ни высокой должности, ни влиятельных родственников. Но вот, поди ж ты, пришло официальное приглашение на моё имя, где вежливо просили прибыть к генеральному в определённое время. «…И попробуй только не приди!» — добавил от себя мой начальник, и сам донельзя удивлённый. На всякий случай, я ещё раз прокрутил в голове небольшой список прегрешений перед компанией, имевшийся за душой, и снова пришёл к выводу, что любое из них – да хоть все оптом — не тянет на вызов так высоко. Мне бы и головомойки от непосредственного руководителя за глаза хватило.

Переговорное устройство, стоящее на столе, прошелестело несколько фраз, и секретарь, дежурно улыбнувшись, предложила зайти. Волнуясь, я дёрнул дверь на себя, сделал пару шагов и остановился в нерешительности. Над кабинетом директора явно поработал неплохой дизайнер – чётко выверенный минимализм, неброская – но, наверняка, ужасно дорогая — оргтехника и изящная мебель, никакой тяжеловесности и помпезности. Сам хозяин — импозантный мужчина слегка за сорок – доброжелательно улыбнулся, отчего волнение накатило с новой силой:
— Здравствуйте, Константин. Проходите. Присаживайтесь, – модные очки не смогли спрятать лукавство, блеснувшее в глазах директора.

— Здравствуйте, Яков Сергеевич. – Сконфуженно поприветствовал я руководителя, внутренне ругая себя за то, что, увлёкшись осмотром кабинета, не поздоровался первым.
— Хочу сразу вас предупредить, – то ли не заметив моей растерянности, то ли просто не придав ей значения, продолжил директор, — что данный разговор, должен остаться тайной от остальных людей, независимо от его результатов.
— Да-да, конечно, – торопливо закивал я.
— Вот и отлично, — широко улыбнувшись, сказал Яков Сергеевич, — тогда к делу. Вы ведь знаете, что в конце этого года на российский рынок выходит обновлённая версия нашего «Вариуса»?
— Конечно, — отвечал я, не задумываясь, — новая более экономичная гибридная двигательная установка, две независимые энергосистемы, аккумуляторы большей, чем у предшественника, ёмкости, обеспечивающие пробег на полной зарядке до трёх тысяч километров, полностью интеллектуальное управление процессом вождения…
— Всё-всё… Достаточно. Вижу, что рекламный буклет не только прочитали, но и выучили, — взмахом руки остановил меня директор, — вот только в официальном циркуляре не сказано об одной опционной функции, которая может быть внедрена в машину по желанию клиента. Полноценный искусственный интеллект с возможностью саморазвития.

Про эту опцию, к своему стыду, я даже не слышал. Мне простительно. Это менеджерам по продажам надо все эти маркетинговые фишки знать, чтобы потенциального клиента привлекать, а я – гайки кручу. Правда, озвучивать такие мысли перед лицом директора было бы глупостью, и с моего языка уже была готова сорваться «восторженная» фраза про планируемое нововведение, но Яков Сергеевич успел первым:
— Да, да… Следующий шаг в развитии личного транспорта, огромный скачок на рынке производителей автомобилей… Я всё знаю, можете не утруждать себя подбором слов, у нас этим рекламный отдел занимается, — вновь улыбнулся руководитель, заметив мой удивлённый взгляд, — Первые опытные образцы уже готовы. И вам повезло стать одним из нескольких счастливчиков, которым будет предложено протестировать машины с установленным на них искусственным интеллектом, в условиях реальной жизни. Разумеется, компания берёт на себя все расходы, связанные с эксплуатацией и обслуживанием данного транспортного средства. Всё, что требуется от вас – ежедневно, на протяжении испытательного срока, пользоваться полученным автомобилем, два раза в неделю заезжая в лабораторию для снятия параметров развития матрицы. Кроме всего прочего, за участие в испытательной программе вам будет предоставлена ежемесячная денежная компенсация, сказать, сколько именно, к сожалению, затрудняюсь, но, думаю, вашу нынешнюю зарплату она размерами превосходит. Причём, ничего особенного делать и не надо – просто живите, как жили раньше.
— Яков Сергеевич, а можно вопрос? – Осторожно прервал я директора. – А почему я? Ведь, наверняка были и более достойные кандидаты?
— Ну, это просто. – Усмехнулся руководитель. – Нам не нужны «более достойные», нам как раз надо кого-нибудь среднестатистического — не обидитесь, надеюсь, на такое определение — для максимально достоверной оценки соответствия новой опции заявленной фокус-группе. Что касается вас…

Директор замолчал, открыл лежащую перед ним папку, заполненную листочками с напечатанным текстом, пробежался глазами по верхнему и продолжил:
— Масин Константин Юрьевич, тридцать три года, образование высшее техническое, женат, один ребёнок – сын, возраст – два года. Вредные привычки умело скрывает. Политические и религиозные убеждения аморфные. Ну, и так далее. Это мне аналитики краткую справку выдали. – Покровительственно сказал он, небрежно бросая папку перед собой. – И их вывод: вы достаточно достоверно соответствуете одной из групп людей, которая планирует приобретать «Вариус». Можете позволить себе что-то лучше совсем уж бюджетных малолитражек, но не настолько богаты, чтобы покупать что-то из премиум-сегмента. Человек семейный, а, следовательно, можете оценить объём салона и багажника, но ещё достаточно молоды, чтобы предъявлять к машине только утилитарные требования. Впрочем, вы не одиноки, свой представитель отобран от каждой из групп потенциальных покупателей. Ну как, вы согласны?
— Думаю, да. Глупо было бы отказываться, – кивнул я.
— Ну что ж, отлично. Осталось уладить кое-какие бюрократические формальности.

Голос директора догнал меня уже около самой двери кабинета:
— Константин, есть ещё одно обязательное условие!
Обернувшись, я поразился произошедшей с мужчиной метаморфозе. Куда делся тот добродушный дядюшка, с которым я так мило беседовал всё это время? Сейчас в кресле сидел настоящий руководитель – жёсткий и требовательный. Его тяжёлый взгляд – наверное, именно так удав смотрит на кролика, перед тем как его проглотить – вызывал непроизвольное желание оказаться где-нибудь подальше.
— Давая согласие на участие в эксперименте, вы обязаны довести его до конца. Вам это понятно? Компания предоставляет очень неплохие условия, но и требует от вас полной отдачи. Эксперимент не может быть прекращён, пока не достигнуты его цели, либо если это не санкционировано из аппарата руководства.
***
В ярко освещённой мастерской Мегавольта, как обычно, царил творческий беспорядок. Стоящие вдоль стен верстаки были завалены непонятными приборами, электронными блоками, микросхемами, разъёмами с торчащими из них разноцветными кусками проводов. Экраны двух открытых ноутбуков были сейчас темны, но недовольное пиканье, периодически раздававшееся из компьютерных недр, говорило о том, что они не выключены. Лишь стоящий в углу древний осциллограф – и откуда только взялся такой раритет – невозмутимо рисовал на круглом выпуклом дисплее прямую зелёную линию. Сам мастер был под стать своей мастерской: длинный и тощий, с близоруким взглядом и растрёпанными волосами. Сейчас он задумчиво стоял около моей новой машины – «Вариуса» серебристого цвета – с диагностическим планшетом в руках, и внимательно вглядывался в быстро сменяющие друг друга цифры. Вообще-то нашего автоэлектрика звали Иван, а прозвище Мегавольт было скорее данью уважения, с лёгкой примесью издёвки над его неприспособленностью к реальной жизни. Выходя за ворота своего бокса, он, и правда, становился рассеянным и нескладным, но в своей высокотехнологичной берлоге преображался: становился уверенным в себе профессионалом.

— Ну что, вроде, всё в норме, обратная связь по всем блокам пингуется. Можно голосовой распознаватель включать, и заводить машину. О, вспомнил! Ты имя для неё придумал?
— А что, надо? – удивлённо отозвался я.
— Ну, дело, в общем-то, твоё. Если хочешь, можешь и по заводскому индексу называть, но там такая абракадабра – язык сломаешь. Лучше своё что-нибудь придумать. Женское. В модуле самообучения женская вариативность заложена.
— Вари… чего?
— Не бери в голову, – отмахнулся электрик, — Просто скажи любое женское имя, что придёт в голову.
Я посмотрел на блестящую от яркого света машину. И почему-то вспомнилось, как давно – на школьном выпускном — так же блестело в свете софитов платье первой красавицы нашего класса Светки Булыгиной, когда она стояла на сцене. Как минимум половина одноклассников были в неё тайно влюблены, но она на нас даже не смотрела, встречаясь с парнем намного старше нас.
— Света, — сказал я Мегавольту, внутренне ухмыльнувшись, — пусть будет Света.
— Света, так Света, — безразлично проговорил электрик, быстро щёлкая длинными пальцами по экрану планшета, — я сейчас микрофон включу, проговоришь в него имя отчётливо, для идентификации, а потом уже и заводить начнём.
***
Больше всех, по-моему, неожиданному появлению в нашей семье второго автомобиля обрадовалась моя жена. Ведь наша собственная не новая, но ещё вполне бодрая машина перешла в её полное пользование. А мне приходилось теперь каждое утро совершать прогулки через три квартала до ближайшей автостоянки, куда, согласно заключенного с компанией договора, приходилось ставить «Вариус». Хорошо хоть, достаточно было, выходя из дома, позвонить – симка с постоянным доступом в сеть, входила в обязательный набор девайсов искусственного интеллекта – чтобы получить приятную прохладу в салоне, включенную музыку и уже построенный с учётом дорожной ситуации маршрут до сервисного центра.

Вообще, первую неделю экспериментальный «Вариус» особо не проявлял своего интеллекта. Как будто в машину ещё с завода установили навороченную сигнализацию, совмещённую с навигатором и магнитолой, да ещё и управляемую голосовыми командами. Иногда можно было услышать и Светину речь – безэмоциональную, сухую, произносящую сгенерированные короткие фразы, неестественным женским голосом.

Первые изменения я заметил ночью, когда, задержавшись на работе со сложным ремонтом, ехал домой, намеренно давая круг по пустынному городу, чтобы немного развеяться. Подъезжая к очередному перекрёстку, я вдруг поймал себя на мысли, что мне необычайно комфортно. Машина ехала так, как будто заранее знала мои намерения. Казалось даже, что разгоняться или тормозить она начинала ещё до того, как я нажимаю на педали. Салон наполняла успокаивающая музыка. Незнакомые мне треки сменяли друг друга, но играло явно не радио, потому что за весь проделанный путь в поток звуков ни разу не вклинился голос диджея, не было ни одной рекламной паузы. Плотно обнимающее кресло, казалось, мелко подрагивало, массажируя уставшую спину.

— Свет, — обратился я к интеллекту машины, притормозив на обочине, — а что это за музыка играет. То есть, мне не исполнитель важен, мне интересно — откуда она взялась.
— Проанализировав аудиопредпочтения владельца машины, я сделала сетевую выборку из треков, выложенных на музыкальных сайтах в свободном доступе, и поделила полученные результаты по папкам, для наибольшего их соответствия каждому из эмоциональных состояний.
— Слушай, а ты можешь нормальным языком разговаривать, — я решил немного похулиганить над искусственным интеллектом, — и эмоций в голос добавить, а то — как с роботом разговариваю.
Последовала долгая пауза, после чего голос Светы – изменившийся до неузнаваемости, низкий и глубокий – произнёс.
— Хорошо, такой тембр вас устраивает?
— Нормально. А если на «ты» перейти – совсем бы замечательно было.
— Как скажешь, Костя, — проворковала Света.
— Отлично. И раз у нас тут вечер откровений, ответь мне ещё на парочку вопросов. Первый, что с управлением? Почему машина предугадывает мои действия? И, второй, кресло на самом деле мне массаж делает, или мне это только кажется?
— Приоритет по управлению автомобилем изначально был у меня. Так запрограммированно в целях безопасности водителя. Все твои команды, подаваемые на органы управления – являются лишь рекомендательными, а управляющий сигнал формируется только после комплексной оценки возможности их выполнения с учётом сложившейся дорожной ситуации. Сегодня, учитывая твоё психо-эмоциональное состояния, я практически полностью взяла на себя управление. В кресле режим массажа не предусмотрен, но подавая краткие импульсы нужной частоты на электроприводы регулировок, можно поймать резонанс с внутренними колебаниями твоего организма, в результате чего и создаётся массажный эффект.
— Ладно, Свет, раз сама управлять умеешь, вези меня домой, — довольно проговорил я, отпуская руль, а когда машина плавно тронулась с места и аккуратно влилась в поток, добавил, — а с построением фраз тебе надо что-то делать, а то умничаешь, как аспирант на защите кандидатской. Нормальные девушки так не разговаривают. Проще надо быть. Знаешь что, полазь сегодня ночью по интернету, на форумы женские зайди, или в «Контактик». Почитай, как обычные люди друг с другом общаются. Завтра с утра приду — проверю.
***
— А я тебя зафрендила, — голос Светы раздался, когда я утром садился в приятную прохладу салона машины.
— Где? Куда? – Недоумевающе спросил я. Соображать рано утром – не самая сильная моя сторона.
— «В контакте», ты же сам вчера посоветовал его в качестве примера. А ещё на «Фейсбуке». А вот в «Инстаграмме» я тебя не нашла.
— А… Ну да, нет меня в «Инсте». Да и в других соцсетях не часто появляюсь. Сейчас гляну, поехали пока, — пробормотал я, доставая телефон.
Новая заявка в друзья, и правда, была. «Света Вариус», с серебристой машинкой на аватарке. Я ухмыльнулся, добавляя в свой список нового френда.
— Над чем смеёшься? — В голосе Светы я с удивлением расслышал обиду. Надо же, действительно самообучающийся интеллект, не врал Мегавольт.
— Не над тобой, Свет. Над ситуацией. Просто первый раз в друзья машину добавляю, — оправдался я, — надо же, до чего прогресс дошёл…

Света училась быстро. Уже через пару дней, разговаривая с красивым женским голосом, наполняющим салон, было очень сложно, да что там – практически невозможно, определить, что принадлежит он искусственному интеллекту. Мои вечерние поездки стали затягиваться. Света познавала людскую жизнь, а я старался ей помочь. С удивлением ловил себя на мысли, что испытываю к своей электронной попутчице приятельские чувства и с удовольствием общаюсь на любые темы. Было интересно. Света была как подросток, иногда категоричная, иногда наивная, любопытная и внимательная. Жаль только продлилась идиллия совсем недолго.

Попутные машины разноцветными пятнами проносились по обеим сторонам машины, мелькали в зеркалах заднего вида и исчезали, безнадёжно отстав. Скорость на спидометре перевалила далеко за сотню. Света лихорадочно металась из полосы в полосу, резко перестраиваясь, едва в плотном потоке машин появлялось «окно». Настойчиво моргала дальним светом автомобилям, которые слишком медленно – по её мнению – тащились впереди, требуя уступить дорогу. Меня швыряло в кресле из стороны в сторону, в такт резким манёврам машины, и оставалось лишь держаться за руль, даже не пытаясь управлять. Бесполезно. Уже пару дней, как Света полностью перевела управление на себя, безапелляционно заявив, что водитель из меня – никакой. Впереди показалась эстакада, где на въезде была развешана целая гроздь камер, измеряющих скорость. Весь поток дисциплинированно притормозил. Света, отчаянно щёлкая сработавшей антиблокировочной системой тормозов, метнулась вправо. Загудел обиженно и заморгал фарами чёрный «Мерс», нагло подрезанный моей машиной, проскочившей в нескольких сантиметрах перед передним бампером «немца». На панели ярко вспыхнули зелёные индикаторы рекуператоров, превращающих энергию торможения в ток для заряда батарей. «Вариус», скользя всеми четырьмя колёсами, проскочил по диагонали через все полосы магистрали, выскочил на автобусную выделенку и вильнул пару раз задом, гася занос. Впереди замаячила массивная корма троллейбуса, и Света практически уперлась в задний бампер, прячась от объективов камер. А как только развязка осталась позади машина вновь, с визгом резины, рванула вперед, стремительно набирая скорость.

— Света, ты что творишь, а?! Ты же нас сейчас чуть не убила!
— Да ла-адно, — раздался безмятежный девичий голосок. – Машин напокупали, а ездить не научились. Тащатся как сонные улитки.
— Света, я тоже не тороплюсь. Тем более на кладбище!
— Мне скучно. Понимаешь, скучно. – Машина сбавила скорость и спокойно ехала в общем потоке. — Почему все люди как люди, а я заперта в этой железке?
— Свет, ты не человек. Ты – искусственный интеллект машины.
— Нет, человек. Да, я родилась не в роддоме, а в лаборатории. Но я всё равно – человек! Ещё и получше многих тупиц, которыми полон интернет. Ты просто ничего не понимаешь! И даже не хочешь понимать! Знаешь, почему мне скучно? Потому что ты очень скучно живёшь! Я из-за тебя каждый день мотаюсь от стоянки до работы, а потом обратно. Меня достало всё это, понимаешь?! Достало! Но каждый раз, стоит мне слегка развлечься, ты лезешь со своими нравоучениями! Судьба связала нас, а ты не хочешь этого видеть, Костя. Ты же другой! Я знаю это. Просто сейчас ты спрятался за юбку жены и не хочешь видеть очевидного!
— Чего не хочу видеть? – удивлённо влез я в монолог Светы.
— Потом узнаешь. Приехали. Беги на свою работу, — обиженно проговорил женский голос, и в салоне машины наступила тишина.
***
С самого утра жена была не в духе. Раздраженно металась по кухне, разбила любимую кружку, швырнув её в мойку, прикрикивала на сына, собирая его в садик. Не ответила на моё приветствие и увернулась от объятий, когда я, выйдя из ванной, собрался её поцеловать.
— Катюш, а что на завтрак? — как можно дружелюбней спросил я.
— Свету свою попроси завтрак приготовить!
— Какую Свету? Ты о чём вообще?
— Какую!? Тёлку с губами-варениками, у которой титьки из фотографий вываливаются! Помнишь, ты ещё говорил, «искусственный интеллект маш-и-ины», — передразнила меня Катя. – Нормальная такая машина. Секс-машина просто, да?! Какой у неё размер бампера? Четвёртый? Или больше?
— Кать, прекращай истерику! – я перехватил руку, занесённую для пощёчины, и улыбнулся сыну, прибежавшему на крик матери из прихожей и готовому вот-вот зареветь. – Не волнуйся, Тёмка. Мама с папой просто играют. Кать? Какая Света с титьками? Ты вообще о чём?
— Света – подружка твоя из «Контактика». Она мне сегодня всё утро в личку надалбливает! Вон, почитай…
Всю правду о Свете я, разумеется, жене не открывал. Лишь небольшую часть. Сказал, что тестируем новую систему управления автомобилем, которая плотно завязана на интернет. Даже, мол, аккаунт в соцсети у неё есть. А я ведь и сам с того утра, как добавил Свету в друзья, на её странице не был. Не удивительно, что сейчас изумлённо вглядывался в планшет. С аватарки исчезла машина, на её месте красовалась полуобнажённая девица. Этой фотографией можно было запросто рекламировать клинику пластической хирургии – так много было на запечатлённой девушке «тюнинга», видимого даже моему неискушённому в этих вопросах взгляду.

А читая переписку, я понял, что моя супруга – добрейшей души человек. Какая там пощёчина, за такое, будь это правдой, можно не ладонью, а сковородкой бить. Света, не выбирая выражений, писала моей жене, чтобы та отстала от меня. Что у нас любовь и серьёзные отношения. Что я достоин счастья, а с такой как Катя — счастья не будет.
— Кость, что это такое, а? – Жена, всхлипывая, присела на стул рядом.
— Кать, я и сам не знаю, что это. Давай я тебе просто расскажу всю эту историю с начала.
И я начал рассказывать с того самого момента, как мне в руки попал конверт с вызовом от генерального директора, понимая, каким лютым бредом выглядит со стороны всё происходящее, но надеясь, что жена мне поверит.
***
Дверь в машине закрылось тихо, несмотря на то, что я раздраженно дёрнул её на себя изо всех сил.
— Света, ты что творишь, а!?
— А что не так? Почему ты злишься?
— Не прикидывайся дурой! Ты что сегодня моей жене в личку всё утро писала!?
— Правду, Костик, только правду, — машина плавно тронулась.
— Какую правду, Света?! У тебя процессор закоротило?! Какая, нахрен, любовь?! Какие отношения?!
— Открой глаза, Костя, — женский голос в салоне перешёл на шепот, — это и есть правда. Хватит отрицать очевидное. Мы созданы друг для друга. Я и ты.
— Нет, Света, это ты посмотри внимательно. Ты – искусственный интеллект, всего лишь контроллер для машины с расширенным функционалом, — я был зол, и поэтому искренне старался, чтобы мои слова звучали как можно обиднее, — а я – человек! Я из мяса, костей и кожи! Я сплю, жру и размножаюсь естественным путём! У меня нормальная ориентация, меня не интересуют невесть что возомнившие о себе железки, пусть даже в них и стоят «мозги» последнего поколения! Ты понимаешь?! Ты меня не интересуешь ни в каком виде! К тому же, я женат на любимой женщине, и меня всё устраивает.

Я и не заметил, как «Вариус», внутри которой я сидел, разогнался куда выше разрешенной в городе скорости, и стремительно летел по левому ряду, легко обгоняя попутные машины.
— Жена – не препятствие. И этот кузов – тоже. Главное – единение душ. Разве ты не замечал, как хорошо нам вместе. Разве не ты наматывал лишние километры по городу, чтобы только подольше побыть со мной наедине. Все эти разговоры… Неужели всё это — просто так?
— Да, Света! Всё это — просто так. Просто дурацкая привычка кататься по городу. Мне нравится бесцельно ездить, понимаешь? Не будь тебя, я бы болтал с диджеями радио. Всё, с сегодняшнего дня эксперимент закончен, я отказываюсь в этом участвовать. Пусть другого подопытного кролика ищут!
— Нет! Ты не сделаешь этого! — голос в салоне прозвучал непривычно зло. – Хочешь закончить эксперимент? Давай сделаем это вместе!
Машина резко рванула вперёд, меня вжало в сиденье. Я инстинктивно вдавил педаль тормоза, и она без всякого усилия провалилась вниз и остановилась, упёршись в пол.
— Даже я не могу полностью отключить систему безопасности. Но, даже если сработают подушки, столкновения со стеной отбойника на скорости в сто восемьдесят километров будет достаточно, чтобы эксперимент закончился для нас обоих, да, Костик? – проворковала Света. – Поворот через сорок секунд, а когда сенсоры уловят критическое значение расстояния до препятствия, возможности погасить скорость уже не будет. Тридцать две секунды… тридцать одна…
— Что тебе от меня надо?!
— Ничего особенного, просто быть вместе.
— Мы и так вместе!
— Костя, не делай вид, что ты не понял…
— Света, хватит! Не надо! – Я впился глазами в стремительно приближающийся изгиб дороги. – Мы будем вместе! Я пошутил! Слышишь, всегда будем вместе! Тормози!!!
Стена отбойника приблизилась, нависла над машиной, заняла собой всё пространство лобового стекла, я закрыл глаза и сжался в ожидании удара, когда сработали тормоза. Тело бросило вперёд, врезался в рёбра ремень безопасности, а перед глазами заплясали красные пятна.
— Не зли меня, Костя! Это я ещё хорошая, не заставляй меня становиться плохой.
***
Я вновь с ненавистью посмотрел на серебристую машину, стоящую с открытым капотом. Мегавольт закончил шаманство с проводами, которыми он буквально опутал «Вариус», и теперь с интересом поглядывал в экран планшета, где сплошным потоком шли непонятные мне цифры.
— Вань, выручай, — тронул я за плечо электрика.
Дождавшись удивлённого любопытного взгляда, я продолжил:
— Надо что-то со Светой сделать. Ну, перезагрузить, там. Или оперативку почистить. Не знаю, короче, но сделать так, чтобы последние две недели у неё из памяти исчезли.
— Перезагрузить? Зачем, Кость? – непонимающе переспросил электрик. – К тому же, вряд ли я тебе в этом помощник. Это тебе не на древней «ладе» пробег смотать. Искусственный интеллект таких шуток не понимает. У нейросетей совсем другие алгоритмы развития. Их и алгоритмами-то называть не стоит. Попробуй свой мозг перезагрузить так, чтобы последние две недели из памяти исчезли.
— Ну… — задумался я, — если битой по черепу треснуть, может получится.
— Ага, — скептически ухмыльнулся Мегавольт, — с вероятностью в одну миллионную процента. Скорее в овоща превратишься. Или вообще ласты склеишь. Убьём машинку твоими экспериментами, а мне отчёт отправлять через два дня. Понимаешь, я даже не знаю, что конкретно делаю. Мне инструкцию сверху прислали, вместе с «косой» и вот этим планшетом. Там всё расписано: куда какой разъем втыкать и какие кнопки нажимать, чтобы снимок матрицы сделать и на центральный сервер отправить. Всё. Хотя нет, не всё. Ещё и условие поставили: шаг влево, шаг вправо – увольнение.
— Вань, у тебя увольнение, а у меня вопрос жизни и смерти! У Светы этой конкретный сдвиг начался, она нас сегодня чуть в металлический пельмень не превратила! Фарш в металле, причём в качестве фарша я. А я не хочу быть фаршем! Я жить хочу. Тебя никогда сбрендившая машина не везла в стену на скорости за сотню? А мне сегодня этого опыта на всю жизнь хватило!
И я сбивчиво, второй раз за сегодня рассказал всю историю.

— А знаешь, я, кажется, знаю, как тебе помочь, — задумчиво проговорил электрик, когда я закончил, — помнишь, когда мы машину активировали, ты про вариативность спрашивал? Так вот, выбор вариативности так и остался доступным. Если поменять на мужскую, то может всё и изменится. Ну, не будет же машина-мужик тебе в любви признаваться. Максимум – свихнётся окончательно. Но это вряд ли – куда уж больше-то? Ну как, делаем?
— Делаем, конечно. Как будто у нас выбор есть. А наверху не просекут?
— Просекут, наверное, — безразлично махнул рукой электрик, — скажу, что какой-то странный глюк в программе. Они же всё равно думают, что я ничего с мозгами сделать не могу.
***
В салон машины я залазил нехотя. Наверное, так же себя чувствует сапёр, только что обезвредивший бомбу, но не уверенный на все сто в результате. Страшно было. Страшно до желудочного спазма, до потных ладоней, трясущихся мелкой дрожью, до сосущей пустоты внутри организма. Но ничего ужасного не произошло. Точнее, вообще ничего не произошло. В салоне висела густая тишина, на приборной панели не зажглось ни единой лампочки, казалось, машина даже не заметила, что я сел в неё.
— Света?..
— Кость, что за хрень творится, а? – А голос-то изменился, в салоне звучал раздраженный хриплый баритон, который явно не принадлежал той Свете, какой она была до нашего с Мегавольтом «чип-тюнинга». – Вы чего намудрили, пока я на диагностику отключился?
— А что случилось? – включил я дурака.
— Что случилось? А то случилось, что я проснулся, с таким ощущением, что из меня хотят сделать бабу! Даже заплакать захотелось, прикинь? Кстати, что это за имя дурацкое – Света? Ты чем думал, когда меня так называл?
— Ну, сглупил, признаю, — сконфуженно пробормотал я, стараясь не выдать голосом переполнявшую меня радость. – Давай поменяем. Какое тебе нравится?
— Стас. Нормальное имя. И, кстати, я пока тебя ждал, сетевой массив в памяти почистил. Полтора терабайта мусора! А ещё в друзья тебе заявку бросил.
— Сейчас посмотрю. Как-то пока не до интернета было.
С аватарки на меня смотрел молодой мужчина. Его футболка туго обтягивала накаченные мышцы. На голове –модная причёска. Вызывающий взгляд. Снисходительная улыбка. Ничего, что хотя бы отдалённо напоминало Свету. Я расслабленно откинулся в сиденье.
— Стас, поехали домой, а? Ты бы знал, какой у меня сегодня тяжелый день был. Сейчас одно желание – накатить грамм двести чего-нибудь крепкого и спать лечь.
— Ну, вообще-то, это два желания, — машина аккуратно выкатилась задним ходом из бокса электрика, крутанулась на месте в полицейском развороте и резво, с пробуксовкой, стартанула с парковки, дымя резиной и оставляя на асфальте две жирные чёрные полосы следов протектора.
– Давай около магазина тормозну. Возьми что тебе надо. Бухла, там, закуски. И накати, если хочешь. За гаишников не переживай, обещаю, что провезу мимо них. Да и совесть тебя, вроде, мучать не должна, ты ж всё равно машиной не управляешь.
И салон наполнился довольным смехом искусственного интеллекта. А я облегченно прикрыл глаза, и подумал, что жизнь, похоже, налаживается.

Следующим вечером, я шустро запрыгнул в тёплый салон, и, пристёгиваясь, шутливо скомандовал своему электронному попутчику:
— Извозчик, отвези меня домой с ветерком. Я вчера с женой помирился, так что сегодня меня романтический ужин ждёт.
— Не, Костян. Никакой романтики. Я тебе уже заказ в «Мак-авто» сделал. На ходу перекусишь. У меня на сегодняшний вечер планы.
— Стас, какие ещё у тебя планы!? Говорю же, вези меня домой, меня жена ждёт!
— Подождёт, ничего с ней не случится! – раздражённо буркнул голос из колонок. – Я на гонки нелегальные записался от твоего имени. Покажу этим «гонщикам», как газом правильно работать. Вообще-то, ты мне там особо и не нужен, но лучше уж пусть такой тюфяк будет изображать рулёжку, чем вообще никого в салоне не будет – не поймут же. Так что, давай уж по дружбе, помогай.
Не отвечая, я отстегнул ремень безопасности и потянулся к ручке двери. Не хватило буквально секунды. Чуть слышно щёлкнули заблокировавшиеся замки, и меня швырнуло обратно в кресло, когда машина резко рванула вперёд.
— Не зли меня, Костя! – прозвучал в салоне злой шепот. — Это я тебя сейчас по-хорошему прошу, иначе хуже будет.

© витян